+7 953 930-19-91
Вход


Маяки Белого моря 15 Мая 2012

В февральском выпуске «National Geographic Россия» вышел материал фотографа Андрея Каменева об истории появления маяков на Белом море.

Где берет свое начало самое известное в мире океанское течение Гольфстрим, никто точно не знает, зато с точностью до метра можно сказать, где оно заканчивается – на северной оконечности мыса Святой Нос на Кольском полуострове. Слева от мыса лежит незамерзающее Баренцево море, справа – суровое Белое.
 


 

Построенный в 1838 году каменный маяк «Белая башня» на беломорском острове Мудьюг – один из двух стратегических маяков, определяющих подходы к Архангельску

Когда плывешь летом вдоль берега на восток, снега нет. Пересекаешь Святой Нос – снега навалом, хотя и движешься уже на юг. И у самой северной точки мыса сходятся два мощных течения: идущий со стороны Мурманска Гольфстрим встречается с сильным течением, вызванным приливами-отливами в «бутылочном горлышке» Белого моря.
 

Здесь возникает уникальное явление – стоячие волны сулой, высотой до пяти метров, напоминающие огромные валы воды на горных реках. Со стоячей волной поморы старались не встречаться: доплывали до Святого Носа и волоком, через самый узкий участок суши близ бухты с говорящим названием – Волоковой – перетаскивали суда через мыс.
 

Долгое время район к востоку от Мурманска был единственным в Европе побережьем, не оборудованным главными навигационными сооружениями – маяками.
 


 

Маяк в Инцах. Потомственные маячники отец и сын Ануфриевы. Семья Ануфриевых уже более ста лет обслуживает этот маяк.

 
 

В 1834 году помор Иван Пашин на небольшой ладье «Святой Николай» совершил морской переход из Колы в Петербург. Это был первый случай, когда поморское судно прошло от мурманских берегов вокруг Норвегии в Балтийское море.
 

Иван Пашин получил неожиданную известность в кругу царских чиновников. В 1835 году Пашин подал на имя министра финансов, ведавшего и торговым мореплаванием, прошение, в котором довольно доходчиво обосновал навигационную и экономическую необходимость постройки на побережье Баренцева и Белого морей освещаемых маяков «по образцу западных стран и берегов балтийских».
 

Самыми опасными Иван Пашин считал места, где во время осеннего плавания в Архангельск поморские и иностранные парусники резко меняли свой курс: на мысах Святой Нос, Городецкий, Терско-Орловский, Пулонга, Зимние Горы, на островах Мудьюг, Жижтин, Жужмун, Сосновец. Именно здесь Пашин и рекомендовал ставить маяки.
 

Инициатива простого помора получила государственную поддержку, и всего за несколько месяцев Морское министерство приняло решение поставить на Белом море девять маяков – дело по тем временам чрезвычайно дорогостоящее. Первым было решено возвести маяк на самом опасном месте – мысе Святой Нос.
 


 

Летом население маяка в Инцах резко увеличивается – из интерната приезжают внуки потомственного маячника Валерия Ануфриева. Вместе с дедом ребята возвращаются с рыбалки.

Первоначально решили ставить классический каменный маяк с самой современной по тем временам оптикой Френеля, позволявшей перенаправлять свет по горизонту. В процессе подготовки документации каменное сооружение исчезло, а на его место стали планировать железный маяк, который предполагалось целиком закупить за границей и собрать на Святом Носу.
 


 

Терский берег Белого моря, поселок Кузомень. На этих баркасах поморы когда-то уходили в море ловить треску. Сегодня отслужившие свое лодки «умирают» на берегу

 

Время шло, выделенные деньги таяли. Главный командир Архангельского порта генерал-адъютант Гяазенал в 1859 году обратился в Морское министерство с предложением: дескать, и строительство деревянных маяков «может принести пользу». Так или иначе, за четверть века были подготовлены лишь эскизы фасада маяка, сделанные английским подрядчиком.
 

Только непосредственное вмешательство императора Александра II сдвинуло дело с мертвой точки: на оставшиеся деньги решили построить деревянный маяк (на что подрядился архангельский купец Иван Торопов), а вместо системы Френеля поставить обыкновенные рефлекторы из ламповой мастерской в Ревеле. Надо отдать должное Торопову: уже к осени 1862 года маяк на Святом Носу стоял.
 

Продолжение истории о смотрителях маяков по ссылке


Устье реки Варзуга. Во время отлива море отступает на полкилометра, освобождая песок, который задувает на сушу, и за полярным кругом образуются уникальные дюны. На этом песчаном берегу стоит поморская деревня Кузомень, где даже тротуары, чтобы не проваливаться в песок, сделаны из дерева




Через каждые 15–20 километров вдоль побережья Белого моря стоят древние поморские избушки, в которых рыбаки и мореходы могут укрыться от непогоды.


 

Маяк «Вешняк» в Трехостровной салме – один из маяков в Горле Белого моря. Слева – крест, поставленный «поморам, прославившим землю русскую в год 300-летия российского флота»

Ссылка на оригинальную статью.